Индия

Моя матушка...

.
...сколько я ее помню, любила горы и была равнодушна к морям. Как бы мне хотелось поехать сейчас с семьей в Альпы или Норвежские Фьорды... Но мы поедем не сейчас и не в горы. Надеемся с Божией помощью после Пасхи, если здоровье и обстоятельства позволят, добраться до Иерусалима, но получится или нет ведомо одному Господу Всемогущему.

Проблем, конечно, по хозяйству очень много. Но Лиза стала лучше рисовать и радует нас своим теплом, и все слава Богу.
Моя тоже. Моя ещё не любила юг, причём как-то на уровне смыслов. Не жару и не буйство красок, а юг, как идею не любила.
Вот, Зина, моя тоже. Но вместо своей любимой Балтики ей пришлось объездить с отцом половину юга Евразии. И ей нравился ее маленький придомовой тропический садик и в Индии и в Восточной Бенгалии. Она выращивала в этих садиках араукарии. Но бредила всегда только севером Европы. Прям такое у нее было сильное, через многие поколения, родовое чувство, ведь родилась она не на Балтике, а в Ленинграде.
Моя мама, кстати, не смогла жить в Болгарии потому что это не её место. И вот тоже всю жизнь работала в странах востока - Сирия, Афганистан, Монголия, Вьетнам.
К Индии у меня было внутреннее отношение как к кладбищу. Кладбищу цивилизацией, идей и смыслов, над которым стоит смрадный дух разложения и нищеты. Похожее впечатление производят и многие другие страны Востока. Вообще, многие древние народы производят удручающее впечатление. Даже вот современные греки или современные армяне уже производят, что уж говорить о потомках народов, история которых началась во втором-третьем тысячелетии до н.э...
Мама хорошо отзывалась о прибалтах и финнах (из тех, с кем доводилось работать). К восточным народам отношение было сложным.