Индия

О моей службе в армии

.
Забрали меня служить в армию в 1987 году и отправили в поселок Дипкун Амурской области, в нескольких десятков километров от Тынды, куда я ехал по железной дороге семь суток в компании целого вагона таких же как я призывников-москвичей. За эти семь дней мы сдружились, долгая дорога располагает к продолжительным и откровенным разговорам. И очень быстро выяснилась одна странная деталь - весь "московский" вагон состоял из отпрысков родителей, которые не слишком благоволили Советской Власти. Все призывники были из семей оппозиционно настроенной интеллигенции. Тут были сыновья профессоров филологии, истории античности, инженеров - любителей истории, были дети сидевших за участие в правозащитном движении родителей, были дети переводчиков иностранной художественной литературы, были сыновья репрессированных по 70-ой статье, были дети полуподпольных художников и музыкантов - в общем, весь цвет неформальной или полуформальной Москвы.

Конвоировал нас в Тынду угрюмый прапорщик лет пятидесяти, у которого не хватало половины зубов и пара срочников-второгодников. Вот они-то тихонько и разговорились на третий день. Мы не знали куда нас везут, а их угрожающие полунамеки не добавляли нам душевного спокойствия. Они смотрели на нашу реакцию и криво усмехались в ответ.

Когда мы приехали в Тынду нас с вагона разобрали по окрестным частям. В Дипкун попали лишь двое, я и еще один новобранец по имени Алексей. Но, в принципе, весь вагон попал в однотипные части, разбросанные вокруг Тынды или непосредственно в ней самой.

Для большинства призывников из нашего вагона это были железнодорожные войска.

Нас с Алексеем определили в роту, стоявшую в семи километрах от Дипкуна. Рота квартировалась в трех быстросборных казармах. Вода была привозной. В понедельник и четверг в часть доставляли большие баллоны, но они обыкновенно истощались уже на следующий день. Кормили полусгнившими продуктами, а так же комбижиром и сечкой. Зимой в казармах было минус 10, а на улице минус 50 - спали мы под тремя шинелями, иначе было нельзя. Работа наша состояла в копании котлованов в промерзшем грунте, иногда в разгрузке вагонов с углем.

Но главная особенность моей службы состояла в войсковом окружении, в контингенте людей, проходивших службу вместе со мной. Примерно 20 процентов солдат в моей казарме были людьми с уголовным прошлым, еще 20 процентов - выходцы с Кавказа, еще 10 процентов - армяне и грузины, остальные 50 - белорусы, русские, молдаване, украинцы, малокультурные люди из разных краев и областей.

Условия службы были суровыми. Отношения в казарме, соответственно, волчьими. Место это было малопригодным для жизни изнеженных москвичей. Развлечений для уголовной и полууголовной публики было немного. Одно из них состояло в том, чтобы сажать новобранцев в огромные армейские котлы для супа, закрывать крышку и бить по котлам чем-нибудь железным, пока у наказуемого не пойдет из ушей кровь.

Как мне удалось выяснить потом около семнадцати человек из нашего московского вагона в течении первого года службы погибли - кого-то убили, кто-то повесился, кто-то перерезал себе вены, кто-то голым лег на снег и "уснул". И очень возможно, что странная социальная гомогенность нашего вагона изначально была не случайной - добрые наши власти имели возможность избавляться от неблагонадежных не только посадками в тюрьмы и дурки, но и множеством других не менее эффективных мер.

Когда я вернулся в Москву первое время я оценивал всякого человека, представляя себе его там. Сломается или нет, как будет себя вести. И еще мне казалось, что я обрел возможность чтения мыслей - после армии, где соображать приходилось очень быстро, причем ориентируясь исключительно на выражение лица собеседника, лица окруживших меня вновь гражданских казались мне открытой книгой. Я понимал каждую мысль и каждое движение души.
Уважение, что сумели выжить и не сломаться. Я так понял ВУС реальную не получили? Вы думаете военкоматы специально Вас направили?
У меня с детства было сильное внутреннее горение, я больше всех в классе подтягивался и отжимался. В Индии занимался Тхармо-Маргой (индийский вид единоборств), а в Москве 1980-х подпольно киокушинкаем вместе со старшим братом (этот контактный стиль карате-до был в СССР запрещен и мы тренировались в брошенном детском саду). Так что я был подготовлен и душевно, и физически. Но многие такой подготовки не имели, увы.

Не знаю, специально или не специально. А что такое ВУС?

Edited at 2014-08-03 09:12 am (UTC)
..что такое ВУС?.... это Военно учетная специальность: танкист, артиллерист.
Счастливчик, бывали в советское время в Индии!
Я там вырос.
Военно-учетная специальность у меня в военном билете - слесарь, хотя я никогда слесарем в своей армии на БАМе не работал. Я котлованы рыл.
У меня одноклассник "Дитя брака с негром" нормальный парень, попал в стройбат: когда рассказал про службу, то уши в "трубочку" свернулись.
Да, железнодорожные войска это практически стройбат. Как и в стройбате там очень много уголовников, плохое снабжение, бардак и наиболее трудные условия службы. А уж на БАМе особенно. Характерной приметой стройбата и железнодорожных войск являлись в советское время РАБОТАЮЩИЕ наравне с солдатами офицеры-срочники.
"РАБОТАЮЩИЕ наравне с солдатами офицеры-срочники. "
Кстати,СССР развалился в том числе и из за такого отношения к умственным способностям.
По нормальному 7-8 месяцев хватило бы сделать из вас хорошего артиллериста или оператора РЛС.
А бардака я на сборах на кафедре насмотрелся. Больше всего поразило общение на известных 5-6 словах, которыми можно было отдавать практически любые приказы.
Оно конечно матюги имеют место быть в армии, но не сплошной поток из этих 5-6 слов

Edited at 2014-08-03 10:03 am (UTC)
В царской армии за мат били плетьми. В советской матом не ругаются, на нем разговаривают.
Работающих офицеров-срочников на БАМе (студентов) подгоняли с одобрения пьяницы, командира роты, уголовные тузы.
"офицеров-срочников на БАМе (студентов) подгоняли с одобрения пьяницы, командира роты, уголовные тузы."
Ого, я думал, что все знаю про СА
Что бы урки гоняли офицеров-срочников первый раз слышу. Срочники оказались слабые духом или что то другое?
Да, я же и говорю, что это отличительная (и редчайшая) черта таких мест, как БАМ. Фактически, туда ссылали за всякие провинности (и офицеров штатных, и офицеров-срочников, и солдат) и по своим свойствам это была не совсем армия, даже инженерная, скорее, зона или штрафбат.

Система управления там была как на зоне, то есть гражданин начальник ( командир роты) опирался на блатных. И гонял срочников вместе с солдатами на работы, а блатные у него были надсмотрщиками. Офицеры-срочники даже ели вместе с солдатами всякую гадость, а блатные трапезничали вместе с командиром. Вот так.

Edited at 2014-08-03 10:29 am (UTC)
Его увезли в госпиталь с вскрытым животом и что с ним было дальше я так и не смог узнать.
Хехехе... А я служил в Сев. Казахстане, в приграничной зоне с Китаем, старшим делопроизводителем в секретном отделе штаба дивизии и секретной части политотдела. Плюс на меня три раза заводили уголовные дела и мне пришлось 130 суток отсидеть в одиночной камере на межгарнизонной гаупвахте, т.к. у военной прокуратуры не было своего следственного изолятора. Ну, из комсомола выгнали, соответственно. Весёлые были времена.

Edited at 2014-08-03 01:44 pm (UTC)
Служил в ЖДВ. На БАМЕ не был. Но готов подтвердить каждое слово.
Потому что это - советские ЖДВ.
"Богатыри - не мы," часто про себя и свое поколение (более позднее, чем Ваше) думаю.
Моего деда репрессировали, когда моему отцу едва исполнился год. После этого, моя бабушка с моим маленьким отцом кидались по стране в попытках (вышло так, что - успешных) "замести следы," меняя фамилию и имена. Наиболее спокойным временем своего детства отец называет немецкую оккупацию (того места, где они, в конце концов, к войне, осели).
Я же...едва ощутив зловонное дыхание совка даже не напрямую, до сих пор благодарю Бога об избавлении.
Когда я попал в армию, я понял с первого месяца одну простую вещь: я должен выжить. Служил в ГСВГ, под Лейпцигом, в маленьком городке Вурцен. Я два года мечтал сходить в Дрезденскую картинную галерею: много раз проезжал через Дрезден. Стоял на его железнодорожном вокзале. Но в армии все было подчинено одному: солдат должен быть занят учебными занятиями, с подъема с 6 часов утра до отбоя в 22 часа. Все! Убогость с утра до вечера: был один час свободного времени, за который я мог написать письмо родителям, статью в дивизионную газету, почитать стихи Бориса Пастернака. Это меня только и спасало.После армии я пришел сдавать экзамены в университет и получил на экзаменах четыре "3". Но декан был умный мужик. Он со мной побеседовал и на следующий год взял меня на заочное отделение, за что я ему благодарен всю жизнь! Я автор 30 книг, сотен, может быть, тысяч статей. У Игоря Дедкова прочитал: "Лучше бы войну не вспоминать..." И армию тоже.
а я служил в Тынде 86-88.
к москвичам отношение было особое-считались неженками закормленными колбасой . я сам из Тулы вроде бы известный город, но я быстро разучился отвечать на вопрос где это, что рядом с Москвой , говорил рядом с Орлом или типа того.
вот я прочитал что в 84 году в магазинах Тынды было изобилие, в 86 уже ничего. ну как.... сгущенка была .

Я в Тынде за всю службу был один раз. Она была для нас, работавших на трассе, как Лас-Вегас для ребят из американской глубинки. Все-таки Тында с ее двадцатитысячным тогда населением являлась "столицей БАМа". А попробовали бы Вы найти в 1987-ом году сгущенку в пос.Дипкун Амурской обл, где проходил службу я. Там степь, мерзлота, а в армейском магазинчике были только салака, сигареты "Дымок" и каменное просроченное печенье.
да , братишка, трассой нас пугали и не без оснований.
как то кочегар в парке напился , отправили на трассу, я сам на сопке на радиостанции дежурил, спускаюсь в роту смотрю стоит в курилке кочегар, сбежал , а надо сказать парниша он был нехилый , да и с уголовным прошлым. но там где 90 процентов дагов он не выдержал, говорит буду говно чистить только не отправляйте, но конечно никто его не оставил, увезли , а дальше не знаю что.
посмотрел на твой журнал, тебе наверно очень нелегко было в армии, я сам из рабочей семьи, но интеллигентного характера , до армии ( как и сейчас) очень любил читать , не дрался почти никогда .
но немного повезло , радистом служил , времени свободного было много, хотя от радиостанции не отойдешь, но в части была библиотека и те книги за которыми я гонялся на гражданке никто не брал.
а еще не хватало на первых порах , особенно в учебке одиночества, все время кто то рядом, даже в туалете.
Свежо предание, да верится с труддом...
... всё же надо как-то статистику правильно использовать. 15 человек из 60-та на вагон погибли в первый год? В во второй ещё 15, видимо. Осталась половина.
На войне потери меньше. Но и тут война, идеологическая, правда. И на ней враньё - это главное орудие. Очевидно, что этот паренёк врёт либо во всём, либо только выборочно. Но тут он загнул, причём глуповато, не по методичке.
У нас, в желдорбатальоне (Ургал), за 2 (два) года службы погибли из-за несчастных случаев 2 (два) человека! Один спрыгнул с машины и попал между двумя машинами. И всё! Из моего вагона все вернулись живые и здоровые.

"Как мне удалось выяснить потом около пятнадцати человек из нашего московского вагона в течении первого года службы погибли - кого-то убили, кто-то повесился, кто-то перерезал себе вены, кто-то голым лег на снег и "уснул". И очень возможно, что странная социальная гомогенность нашего вагона изначально была не случайной - добрые наши власти имели возможность избавляться от неблагонадежных не только посадками в тюрьмы и дурки, но и множеством других не менее эффективных мер."

Edited at 2018-11-02 07:12 pm (UTC)