Hemos pasado (anton_grigoriev) wrote,
Hemos pasado
anton_grigoriev

Categories:

Два сердца и четыре копыта

.


Антоний Великий тут справа, но вот автор этих строк (так же Антоний) - слева. Я урод, кентавр, у меня два сердца и четыре копыта, и скоро вырастет хвост. Вся моя жизнь это сплошная оппозиция, сопротивление, противодействие и противостояние - с миром вокруг и с самим собой. Я всем своим грешным существом как-будто бесконечно отрицаю и наше бренное бытие и самого себя.

Я вырос и сформировался благодаря великой русской литературе и в моих жилах течет русская кровь. Я считаю себя русским человеком по внешнему облику, родному языку, образованию, воспитанию, вере, своим русским друзьям и близким. Россиянином я являюсь по рождению, паспорту и месту жительства. Однако не менее русской я с юности люблю и великую немецкую литературу, философию, музыку, поэзию и изобразительное искусство. Со стороны некоторые полагают, что я похож на немца Караяна и, разумеется, да - мой дед по матери был чистопородным немцем, даже внешне напоминавшим самого страшного и ужасного немца в русской истории (и это не Бирон), в моих жилах течет и немецкая кровь. При этом, наряду с российским паспортом я имею с юности бессрочный датский вид на жительство, постоянный официальный адрес в Копенгагене и мне не нужны визы в ЕС, а Дания - древнегерманская земля. И там у меня тоже много друзей и близких, природных немцев, шведов и датчан. Так что совершенно непонятно кто, фактически, я сам.

Я родился и живу в Москве, но архитектуру и топонимику этого города я не люблю, а от его истории, в отличии от истории других великих и славных городов России, мне хочется отчаянно ругаться по-древнеславянски и вернуть на место несправедливо отнятый у доброго московитского народа бассейн "Москва", попутно расширив его до пределов МКАД. За Новгород, за Псков, за Тверь, за умученных великих русских князей и Максима Грека, за опустошение преимущественно русской и православной в 15-16 вв Литвы, за добровольное рабство татарам, за советско-малороссийскую войну и южнорусский геноцид, за все ужасающие и подлейшие московско-азиатские дела. Этот город воистину и издревле проклят для меня, а я живу в самом центре Мордора, который не то что столицей европейской Руси, но даже и монгольской столицей как презренный окраинный коллаборантский улус быть недостоин, и самое место ему пребывать под глубокой толщей воды и в полном забвении, в изгнании из памяти русской, несмотря на крохи хорошего. Объединять Русь было необходимо, но не предателям этим было заниматься - объединять, но не под эгидой преступного евразийского сброда. Этот город никогда не исправится и сущность его гнилая, паразитическая и предательская по отношению ко всем достойным русским городам, причем во все исторические времена. Московский патриотизм вещь естественная для евразийствующих советофилов, но для культурных европейских русских он является серьезной душевной девиацией - ну, как если бы кто-то признавался в своей симпатии к фурункулам, вшам или клопам. Посмотрите на лучшее в этом городе, на "визитную карточку Москвы", Кремль и Собор Василия Блаженного - это что, европейская архитектура? Нет, это азиатский китч, непристойная и аляпистая "архитектура праздничного торта", и неважно кто и зачем эту слащаво-карамельную и детсадовско-ярмарочную дрянь для плясок вокруг довольных аборигенов создавал. Как, скажем, в Соборе Василия Блаженного христианину помолиться? Как объесться клюквой и сахарными петушками, соблудить с товаркой, залиться крепким русским квасом и унестись по его радужным изгибам "на небеса" - понятно, но молиться-то как? Это пьяная ярмарка, а не Божий храм, диснейленд восточных славян. То, что именно это находится в центре европейской столицы и является ее символом есть вообще-то национальный позор - ярмарка не может подменять собой замок суверена, кафедральный храм и ратушу, это просто фарс. В европейской России своя прекрасная архитектура, но это, увы, не историческая Москва - это действительно замечательное северорусское деревянное зодчество и русская романика, русский неоклассицизм и мощная русская неоготика, да. В общем, патриота своего родного града из меня не вышло, да я, собственно, никогда патриотом этой разросшейся тюрко-славянской торговой деревеньки быть и не желал.

Мое детство-отрочество прошло в тропическом раю на не христианском Востоке (в Индии и Восточной Бенгалии), а мой отец говорил и писал на шести восточных языках, переводил древнекитайскую и древнеиндийскую поэзию, был ученым-ориенталистом, публицистом и популяризатором знаний о Востоке, но ему так и не удалось передать мне свою любовь - я всегда грезил лишь Европой, и только, пожалуй, Средневековьем, а от даже наивысших манифестаций восточной культуры не испытывал ничего кроме неловкости и беспокойства. Даже перечтя в детстве и юности горы философских и этических восточных трактатов я никогда ее по-настоящему не понимал. Мое сердце лежало где-то у черных камней на побережье Балтики и к 20-ти годам я на родину предков своей матери доплыл сам.

По кругу занятий я журналист, издатель, информационный аналитик и ответ.секретарь исторического кружка, в общем, "антилихентик в очочках", как тут написали про меня, но я так же всю жизнь строитель, прораб, ремонтник и сам себе архитектор, неплохо владеющий 11-ю строительными специальностями и умеющий обращаться с электроинструментом, класть кирпич, плитку, работать по дереву и металлу. Я так же вечный садовод и ландшафтный дизайнер. Ни одного "антилихентика в очочках", который умел и любил бы все то же самое, мне в жизни не встречалось, как я не искал.

C 20 лет я никогда не болел, при этом даже в самые лютые русские морозы выходил на улицу в демисезонной одежде, без шапки, в легкой куртке или в легком осеннем пальто - толстенную русскую зимнюю одежду я никогда носить не мог, а на толстых-зимних русских я никогда без жалости и юмора не смотрел. Сейчас мне 47, но выгляжу, как говорят, на 30-35. При этом в 45 после смерти матушки я неожиданно, будучи абсолютно здоровым, стал вдруг неизлечимым инвалидом - такая вот неожиданная молодость-старость, здоровье-немощь. Не пойми что об этих качелях телесных думать, но я стараюсь не забивать себе странными странностями головы.

Моим бытовым идеалом всегда был оседлый образ жизни и привязанность к земле, но за свои 47 лет я успел поработать в очень разных местах и государствах, от российского Дальнего Востока до датской Гренландии, причем на такие расстояния судьба перемещала меня удивительно быстро несмотря на мое недоумение и даже, отчасти, сопротивление. Кочевой характер моей судьбы - противоречие слишком явное чтобы его можно было скрывать.

Я православный христианин, крещеный в одной из самых строгих православных юрисдикций на земле, старающийся по мере своих немощных сил соблюдать древние установления Церкви, про которые давно забыл окружающий нас мир. При этом абсолютному большинству тех, кто ныне именует себя православными христианами, я чужд, а они, к сожалению, чужды мне.

Я патриот нашего несчастного Отечества, патриот настоящий и не деланный, с предками, столетиями служившими этой стране, в честь которых названы известные русские острова. При этом многие, хотя и далеко не все, относится ко мне как к биологическому русофобу. И, вероятно, это тоже правда - русский и русофоб все время борются во мне.

В общем, я кентавр с кёнигсберго-древнерусской тоской в глазах видного российского русофоба Иммануила Канта, вот и вся практическая философия моей жизни, да. А когда внутренний немец и внутренний русский устают бороться во мне, то разнимает их дипломатичный внутренний армянин, за что я ему благодарен как вечному и справедливому нашему с немцем древнему фригийскому судие, который жил в христианской Европе задолго до появления на свет русских и немцев и один знает ответ на их извечный спор. Планетарную дискуссию русского мира и русофобского человечества можно вести прямо во мне, но лучше где-нибудь подальше, потому что у меня на руках маленькая Лиза, не прослушанная запись Фурта, не помытый пол, не отрецензированная статья, не написанный отчет и не водворенная над детской кроватью искусственная луна. И мой внутренний, натянутый как тетива и возмущенный беспорядком немец снова борется с моим внутренним русским, расталкивая этого философствующего в ЖЖ розовощекого славянина за бока и приговаривая "Arbeit bringt brot, faulenzen hungersnot, Antonius, ja".
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments