Бироновские чтения

.
В ноябре я отсутствовал в России и не смог принять участия в праздновании дня рождения Эрнста Иоганновича и Бироновских чтениях. Но тема-то как никогда актуальная. Бирон нуждается в исторической реабилитации, причем именно сейчас. Без нового Бирона мы не одолеем то, что ныне имеем. Перепечатываю свою о нем старенькую заметку.


Нетленный Бирон, в земле Российской просиявший




Русофоб и супостат Эрнст Иоганнович Бирон, Божией милостью регент Российской Империи при несовершеннолетнем императоре Иване VI и граф Священной Римской империи, герцог Курляндский и Семигальский был для добрых русских людей Гитлером XVIII века. Русские того времени писали о нем как о человеке кровожадным, жестоком, навязавшем господство курляндцев, обвиняли его в многочисленных казнях, в казнокрадстве и в разорении русского народа. Эрнст Иоганнович, который и действительно был невысокого мнения о русских, начал биронить матушку-Русь в 1737 году. Демон к своему изнасилованию России приступил с того, что отказался принимать от русских придворных крупные денежные подарки, обычные для того времени, о чем имеются несомненные доказательства, и, главное, в 1740-ом, став регентом, запретил это делать всем остальным. Первыми своими указами курляндское чудовище приостановило казни уже подписанные, освободило от наказания преступников (кроме воров, убийц и казнокрадов) и снизило на 17 копеек подушную подать. Бирон начал влиять на политику государства российского тогда, когда из 100 рублей собранных налогов в казну доходило только 30 и сумел к концу царствования Анны Иоанновны через свою довольно строгую русофобскую политику в данном вопросе значительно улучшить этот показатель. Бирон стал основоположником отечественного конезаводства. И любовь его к лошадям обернулась для государства большой пользой. Во времена Анны Иоанновны было основано несколько конезаводов, положены начала знаменитым русским породам. Французский посланник Шетарди писал: «Он непрерывно занят тем, что может его сделать угодным народу; последний много терпел от затруднений и медлительности, которыми отличалось ведение здешних дел; для того чтобы сократить срок делопроизводства, Бирон отправился третьего дня в сенат, оставался там по крайней мере четыре часа и будет туда являться отныне каждый четверг».


Чем же запомнился демон во внешней политике?

Бирон туману в разговоре
С принцессой много напустил -
Начал с политики, притвора,
И за упрямство совестил:
«Ваше Высочество, России
Так нужен с Австрией союз,
И потому мы вас просили
Не уходить от брачных уз.
И дать согласье на венчанье
С Антоном-принцем, наконец,
Хотя не в оном Ваши чаяния,
Не люб Вам присланный юнец».

Принцесса бледная негромко
Ему в ответ произнесла:
«Могу глядеть я лишь в потёмках
На белобрысого осла.
И нет мне дела до австрийцев
И политических интриг.
Мне никаких не нужно принцев!» -
Вдруг перешла она на крик.

«Я понимаю вас, принцесса,
Но выбор есть у вас иной, -
Он мне особо интересен,
Коль сын это родимый мой!
Царица знает и согласна.
Нам нужен Ваш теперь ответ,
И не кричите понапрасну - -
Вам выбора иного нет!»

«Да я на плаху лучше лягу,
Чем рядом с вашим сопляком.
Сама не сделаю ни шагу
И не заставите силком!»

Взбешённый немец удалился,
Скрипя зубами и рыча, -
В нём дикий зверь опять ярился
И кровь играла палача!

А дева к фрейлинам любимым
Пошла поплакаться скорей.
В глазах щипало, как от дыма
И мутным свет был фонарей…


Александр Сергеевич Пушкин писал: «Бирон имел несчастие быть немцем; на него свалили весь ужас царствования Анны, которое было в духе его времени и в нравах народа».

Дети его приняли православие, а мощи самого Бирона в 1921 году, спустя сто пятьдесят лет после смерти, были обнаружены полностью нетленными.

Памятник Эрнсту Иоганновичу в Митаве



Вот в России и нужно иметь такое выражение лица, без него жить в этой стране совершенно невозможно. Увеличенную в пятьдесят раз копию этого памятника лет через пять, после вхождения России в ЕС, следует установить в СПБ, где-нибудь напротив зданий Синода и Сената.
А не "людей" ( по Вашей терминологии) ли прижучил данный деятель, за что от них и получил сдачу в физическом и моральном смыслах? Ссылка и клевета --- это он ещё легко отделся.
К сожалению, Эрнст Иоганнович этим не отделался. В последней трети XIX века усыпальница герцогов курляндских была практически забыта Петербургом, а местным славянским смотрителем самовольно превращена в русский патриотический аттракцион - за скромную плату каждый желающий мог поплевать на голову сто лет назад "засохшего" герцога "со злым лицом", как его описывали славяне, хотя плевать по требованию смотрителя следовало аккуратно и точно, целясь так, чтобы не повредить бархатный камзол. Русский народ и спустя столетие и более помнил обиды, нанесенные Эрнстом Иоганновичем представителям русской административной власти.

Вот представьте - умрете Вы, а к Вам на могилку будут столетиями наведываться ходоки чтобы удовлетворить свое патриотическое чувству. Это какую ж святую жизнь нужно прожить чтобы так запомниться местным, честное слово)
Мёртвые сраму не имут. Моя могилка в реальности к моей загробной жизни никакого отношения иметь не будет. Про "злое" лицо тоже, уверен, Ваши "люди" написали, чтоб навсегда только это в памяти о нём осталось.
Нет, об этом написал один разночинец-публицист, опубликовав шокирующие подробности нравов русского народа и фотографии усыпальницы герцогов курляндских в журнале "Всемiрная Иллюстрацiя" от 26 июня 1871 года. Тон статьи сочувствующий русскому народу и его обычаям памятования своих "врагов". Писал статью человек из "новых грамотных" поколения 1860-х, отец которого был крестьянином.
Хм... А журнал, видимо, "нелюди" издавали, раз статью такую пропустили? Или "люди"?
Там, знаете ли, на страницу текста двадцать фотографий-иллюстраций. Не знаю кто издавал. Но вообще после 1825-ого года ("Московский Телеграф") журналистика в России перестала быть делом сугубо дворянским. А в 1870-х пресса России стала уже на две трети народным творчеством, в 1880-х уже на грани лояльности к аристократической власти, а с 1900-х профессия журналиста стала восприниматься как неприличная в приличном европеизированном русском общества.
Даже в википедии написано кто издавал. Вам, думаю, будет интересно.
Посмотрел. Мужик издавал. Немецкий. С прекрасной, как нарочно, фамилией Гоппе) Таргет-группа журнала - зажиточные крестьяне, купцы низших гильдий, мастеровые, приказчики, в общем, "глянцевый журнал" своего времени на потребу малокультурной публике. Поскольку публика эта была мало читающей, то и текста там было очень мало.
В журнале Фет, Крестовский и ещё много всяких "людей" печаталось и всё на потребу ширнармассам... )))
И не брезговали как-то ведь?..
Так и в "Московском Телеграфе" поначалу Пушкин и Вяземский печатались, но потом купеческая генеалогия издателя взяла свое и все приличные люди от Полевого, поморщившись, ушли.
В своё время читала в Румянцевской (Ленинской) библиотеке в журнале "Нива" статью о Бироне. Говорилось, что этот человек за всё время своего могущества ничего не украл. Также у него не было ни одного крепостного.
И дай Бог всем после смерти иметь такое лицо.

Это фото 1921 года, 150 лет спустя смерти. Никакому бальзамированию Эрнст Иоганнович не подвергался. В 1871 году, за 50 лет до этого фото, русский народ шел к его усыпальнице поплевать ему на лоб за небольшую плату, что описано в журнале "Всемiрная Иллюстрацiя" от 26 июня 1871 года, у меня где-то есть сканы. То есть поплевать на нетленные мощи человека, сократившего душевую подать и поставившего предел воровству в царствование Анны Иоанновны.