Филологически-биологическое, воспоминание детства

В детстве мне читали и славянские сказки тоже, а так же они лились рекой из не отключавшихся никогда радио-трехпрограммников на кухнях, из телевизора и просто ото всюду - в СССР все народное любили. И славянские сказки-сказоньки, даже в высоких пушкинских редакциях, хотя таковых было меньше, чем folk-простонародных, я уже в пять лет не выносил. Там были "буйные удальцы" и "удалые добры молодцы". И на пожелания удачи болезненно реагировал. И, конечно, "ни пуха" этого тутошнего "ни пера" не выносил, ибо полагалось на него отвечать "к черту". Разумеется, я не знал тогда, что означают все эти слова на самом деле, а вот, кожей чувствовал! Как же такое, спросите вы, возможно? Увы, ответ мне неизвестен самому пока, но означать это может лишь влияние на восприятие филологии биологической генеалогии. Явно эти слова не нравились и моим предкам. Каков же механизм трансфера одного в другое мне пока неизвестно. В удалых добрых молодцах я видел врагов всего по-настоящему возвышенного, доброго и благого, а значит и своих биологических врагов тоже. Ибо в сказках "удалыми" были не только "добры молодцы", но и "удалые разбойники"! А раз удалые и те, и другие, то значит это спор тутошних удалых промеж собою и между ними много общего.

И kazakов ваших я тоже не любил, ибо кто такие казаки в сказках? Разбойники! Только повзрослев я узнал кто же они на самом деле по генеалогии. Русские янычары, православная монгольская конница! Повзрослев, стал отличать благородных казаков-дворян от безродной казачьей подлой массы, но на это понадобились годы.