December 4th, 2019

Если русский человек...

... в наши времена доживает до старости и умирает в своей постели, то значит это не совсем русский человек, и постель не совсем его, и язык его немножечко заемный, и почти зря он прожил свой долгий век. Русский значит умерший не своей смертью, взошедший на русскую голгофу и убитый, дорогие, а все остальное хорошо, но мало чтобы именоваться русским в XX-XXI веках.

Чем мы отличаемся от русских?

Русские были по национальности своей грекоримлянами, знавшими, кроме латыни и греческого, еще три-четыре варварских языка - английский, французский, немецкий и русский. А мы - советороссияне, не знающие толком даже господского русского. Русские реконструировали эллинистическую античность и патрицианский Рим. В одном их походя написанном четверостишии могло содержаться пять-шесть отсылок к классической грекоримской литературе, причем имплицитных, понятных только тем, кто ее хорошо знал. А у нас в головах темно и мы всю жизнь дышим культурными миазмами и отходами мыследеятельности его величества эмансипированного славянского мужика. И скоро мы прекратим и вовсе понимать русскую словесность, а не то что по-русски писать.

О великой русской литературе

Великая русская литература это, по-преимуществу, просто частные письма на английском, французском, немецком и русском языках, никогда не издававшиеся и переходившие от русских отцов русским детям. А вот книжечки, которые у вас на полочках стоят, это (опять же, по-преимуществу) не великая русская литература, а так, литературные поделия, которыми делились с миром. То, что не страшно было от семьи оторвать.

Вот, скажем, сказки Пушкина, которые с конца XIX века повсеместно в сельских избах-читальнях читали. Для кого они, для его друзей и близких? Ahaha.

Читальня! Вы только распробуйте на вкус это русское слово и попробуйте представить себе душевный мир русского человека, который его, да и саму "читальню" как физический объект, создал. Да и просто слова "читатель", "читатели", "читающая публика", публика, мамадорогая. Публика, да(

К своей высокой словесности русские люди относились серьезно, как к интимной близости или молитве. И публичной она, разумеется, не была. А была глубоко частной и неотчуждаемой она. "Читальня" же это бордель мужицкий, словесный, намеренно созвучный другому, матерному слову (и тем и отличающийся от библиотеки), а "читающая публика" это сброд и зеваки по углам.

О "Преступлении и наказании" Ф.М.Достоевского

Сказки Пушкина ладно, но для кого более серьезная так называемая "великая русская литература"? Опять же, не для себя, не для тех русских господ, которые ее создавали и от себя в мир отчуждали. Сотни страниц, любовно выписанные психологические портреты героев, напряженная криминальная интрига, философические рассуждения о Боге, праве, нравственности и морали, и все для того, чтобы показать, что русский образованец-мужик если и обратится ко Христу, то только на каторге, и то условно, станет православным мужиком вместо того чтобы быть мужиком обычным, решающим все вопросы топором? Что мужика отчасти очеловечивает лишь православная каторга и только она одна? Это - литература для господ? Серьезно? Нет, дорогие мои, это поделие адресовано высокообразованным, поднявшимся на волне Реформы держимордам-мужикам 1860-1870 гг с инструкцией как обращаться с мужиками попроще, чтобы они хоть стали делать первые свои шаги к очеловечиванию и морду свою научились, наконец, держать. А к господам лично, изустно и в письмах, обращались, и по совсем другим проблемам и вопросам, и большую часть этих писем вы никогда не прочтете, да.

Темпоральные волны



Время подобно океану, у которого сейчас, забившись под утлую рыбацкую лодочку, лежит и смотрит на волнующуюся стихию ваш грешный юродствующий Антоний. И вспоминается ему 1860-х годов волна. В 1861 году мужиков-славян в РИ освободили, а их братьев младших, американских негров на Юге США, освободили в 1864, три года спустя. Смягчили цензы и для белого простонародья, янки же торгаши победили. Разные культуры, разные континенты, меж ними океан, что же общего, ах? Общим было время, темпоральная волна.

Все остальное было общим тоже. Просто внимательнее присмотритесь, общий же пир духа, сравнимая культуртрегерская политика, идентичные процессы в словесности, похожие торжествующие морды хамов в городах, коррелирующие между собой события и общие последствия для культуры. Но США удалось устоять. Как, почему? Загадка, друзья. Есть у меня и отгадка тоже, думаю над ней я. Все это важно для будущего нашего, очень важно, да.

Религия, как и словесность, дело частное

Да, есть ангелы и архангелы, херувимы и серафимы, и даже горстка Святых Угодников, но по гамбургскому счету в Церкви Вышней, Троице Святой, состоит по усыновлению, а не по благодати, только один человек, да и Тот - Бог.

Зовут Его Словом. И Слово было у Бога, и Слово у Бога одно. Слово неотделимо от Бога, Слово и есть Бог.

Вот так же и с отеческой словесностью нашей. Были живые люди - было живое слово. А как убили их всех, а их письмами печки в усадьбах растопили, так умерло слово русское, умерло оно.

И ходят ныне по развалинам усадьб какие-то африканские хануманы, слова оставшиеся выискивают, пробуют на зуб, картаво на языке перекатывают, но нет больше живого русского слова, нет его.

Об искусстве словосложения

Живые слова приманивают и кого надо, и кого не надо. Поэтому писать нужно так, чтобы тебя кто не надо вообще не понимал. Идеальным письмом я считаю такое его искусство, когда кому не надо все слова по отдельности понятны, а в целом вообще нет.

За живыми словами стоит человек, он и есть свое слово. Человек должен себя и свои смысловые продукты оберегать, поскольку все живое очень в нашем мире ценится и чаще всего используется во зло. "Нам не дано предугадать как наше слово отзовется"? Гадать не нужно, нужно знать наперед.

Мы живем в мире, в котором предстоятели церквей - мясники с руками по локоть в христианской крови, властители дум и журналисты - дети пробивных провинциальных лицедеев и других гороховых шутов, президенты и лидеры наций - бывшие уголовники или дворовые хулиганы, главным словом которых является "мочить", самоуверенные ректоры университетов - дети колхозников, заселившихся в квартиры наших расстрелянных дедов и отцов. Они все - мертвые души изначально, по своей генеалогии. Стервятники, в общем. Ни одного собственного живого слова от них не исходит, все усвоенное и ворованное. Но запас ворованных смыслов и слов у них подходит к концу. И они отчаянно рыщут, копаются, надеясь найти в куче древнего, ветхого и мертвого еще живое и использовать это живое во зло. Так вот, писать нужно так, чтобы они не понимали о чем мы вообще говорим.

Людей от нелюдей отличает то, что люди за свои слова готовы в любой час идти на смерть, а нелюди используют их лицемерно, для торжества своей власти и личного обогащения, их слова для них ничего не значат и они в любой момент отказываются от них, "меняют точку зрения", "каются", ahaha. Я часто раздумываю о русской словесности будущего. Она будет непохожей на прежнюю, каковой она была в безопасные для людей времена. За каждое свое слово нужно платить свою цену, только тогда им будут верить, только тогда эти слова будут человеческими, да.

Эльфом себя мнишь, Антоний...

...пишут мне мужики с укоризною. Не гонялся бы ты, Антоний, за силлогизмами. Мню я себя, конечно, не эльфом, а вовсе наоборот - полицаем Бенкендорфом Александром Христофоровичем, тюремщиком вашим и душителем ваших свобод. А эльф сыночек мой Иоанн. Вот он здесь ровно два года назад. И как раз когда вы ко мне с эльфами прицепились добрый мой гуглоробот телефонный напомнил и подсказал.



И не то чтобы он эльф, а скорее вельф - тысяча лет направленной ко благу городской генеалогии и христианской человеческой селекции делают свое. Он потому и Иоанн Антонович, кстати, которого вы, мужики глупые, совершенно не оценили, не поняли даже, зачем это и что это.

После заката, туман



С Праздником Введения во храм Пресвятой Богородицы всех православных христиан! Туман над многострадальным Отечеством нашим скоро рассеется, я это знаю. Да и с уделов св.Франциска Ксаверия погонят всех хануман.

Годы 1981-1982 - прославление Новомучеников в Нью-Йорке




Прославлять их более полувека не хотели. Ну Кровавый же Царь, антинародный режим, а РПЦЗ себя осознавала как "Церковь Русского Народа". Да, не Красная Церковь, а Белая, но вся равно народная, энтеэсовская, власовская. Русский народ, мол, "стонет под игом большевиков". Что Русский Царь говорил в 80% случаев по-английски, по-немецки и по-датски, а русской крови в нем было менее процента, что русский народ и есть главный большевик, а власть в СССР на сто процентов рабоче-крестьянская и народная, что Сталин был в СССР карикатурой на русских самодержцев и укрощал наиболее кровожадные поползновения доброго русского народа в РПЦЗ даже и думать не хотели. "Подвиг русскости", "наш русский царь", наш богоnosец-народ.

Меня бы туда, я бы объяснил этой русской разночинной поповке кто они, а кто Гольштейн-Готторп-Романовы. Кто они, выжившие, а кто Новомученики Российские в целом, да.