July 8th, 2020

Цена российских преступлений для мира

В 1991 году Россия отреклась от коммунизма, но не выплатила компенсации жертвам его экономической и социал-расистской политики внутри страны и, главное, вовне ее - всем тем государствам, которым Советская Россия силой навязала советскую модель "социализма" и которые ввиду этого понесли серьезный материальный, культурный и популяционно-генетический урон. Невозможно переоценить и экономический ущерб от советского коммунизма даже для тех государств, которым Россия ничего не навязала. Они вынуждены были ассигновать огромные средства на оборону от вероятной коммунистической агрессии. Послевоенная гонка вооружений дорого стоила планете, счет идет на десятки триллионов долларов, и ответственность за нее несет только Советский Союз, а после отречения от коммунизма - Россия.

Планету 74 года терроризировала крупная евразийская держава, насаждая в мире противоестественные экономические отношение, а так же уничтожение религии, ликвидацию целых социальных групп, индивидуальных прав и свобод. Почему же эта держава или ее конституционная правопреемница до сих пор ни копейки не заплатила за ликвидацию последствий своих преступных деяний? Более того, продолжает гордиться своими военно-политическими мероприятиями по осовечиванию Восточной Европы и других регионов мира. Вряд ли россияне смогут адекватно ответить на этот вопрос.

Просто о главном

Инфляционный шок!, [30.05.20 13:52]
Ресурсное проклятие

Думаю, многие из вас слышали, что Россия подвержена «ресурсному проклятию». Я хотел бы поподробнее разобрать этот термин.
Это ситуация, когда открытие крупного месторождения природного ископаемого разрушает экономику страны. Для нас это началось еще в Советском союзе со второй половины 60-ых годов, после открытия месторождений нефти в Западной Сибири.

Причем нефть, газ и алмазы являются практически единственными ископаемыми, которые и формируют это самое проклятие, по ряду причин:
— нужно совсем немного человек для их добычи;
— в период роста мировой экономики цены на нефть крайне высокие, а следовательно и прибыль зашкаливающая;
— из-за высокой цены в пересчете на вес нет необходимости строить огромную транспортную инфраструктуру для перевозки нефти и газа. Значит не нужно формировать рабочие места и развивать эту самую инфраструктуру.
— рынок нефти и газа огромен. Пока мировая экономика растет, поставщики углеводородов не сталкиваются с жесткой конкуренцией и легко образуют картели. Например ОПЕК+

А вот сельское хозяйство, добыча угля, металлов, леса под ресурсное проклятие не подходят. Для работы в этих отраслях требуется организация большого количества рабочих мест, создание развитой инфраструктуры для транспортировки. Прибыль от их продажи невелика, а конкуренция за рынки сбыта запредельная.

Нефтегазовое ресурсное проклятие создает интересную ситуацию для стран с большим населением. Это население оказывается как бы за бортом основной специализации страны, поскольку для добычи, транспортировки и продажи углеводородов требуется совсем немного человек. А прибыль (нефтяная рента) получается просто огромной. В итоге правительство (элиты) достаточно быстро понимают, что сидят на золотой жиле, и главная их задача – это не потерять политическую власть. Так что практически всегда большое количество нефти в стране приводит к автократии и даже тоталитаризму.
В стране разрушаются основные институты: независимые суды, независимые СМИ, многопартийность, некоммерческие общественные организации. Все это нужно для того, чтобы текущая власть могла удержать нефтяную ренту у себя и не испытывать политической конкуренции.

Правительство при этом склонно к популизму и созданию разного рода социальных программ, которые как бы демонстрируют, что элиты делятся нефтяными доходами с остальным населением. В результате бюджет страны начинает все больше и больше пополняться именно из нефтегазовых доходов. В страну притекает все больше валюты от продажи нефти, что влияет на курс национальной валюты. Рубль укрепляется.
Другие отрасли экономики страны, подверженной ресурсному проклятию, становятся неконкурентоспособными. Поскольку из-за роста курса национальной валюты зарплаты в стране становятся слишком высокими. Так что если в стране до открытия нефтегазовых месторождений и были какие-то отрасли промышленности, то они довольно быстро умирают, поскольку не могут конкурировать даже за внутренний рынок. Ведь импортировать из Китая, Бангладеша, Индии и прочих стран с крайне дешевым трудом становится гораздо выгоднее. Таким образом китайские ткачихи лишили ткачих из Иваново работы еще в 90-ые.

И так получается, что в стране основной кормилицей является нефтегазовая труба. Но чтобы ее поддерживать, нужно совсем немного работников. Тогда чем же занимается остальное население?

Все довольно просто. Остальное население вынуждено заниматься услугами. В экономике, подверженной ресурсному проклятию, всегда будет огромный перекос в сторону торговли.
РФ еще в 2000-ые стала страной купцов. Причем торговля, конечно же, идет преимущественно импортными товарами, ведь они вытеснили местные. Процветают автосалоны, торговля стройматериалами, электроникой и так далее.
Но помимо торговли развиваются и другие непроизводственные отрасли: пассажирские и грузоперевозки, например, такси; общепит (рестораны и кафе), парикмахерские; фитнес; салоны красоты; индустрия развлечений; стройка.

Что интересно, туризм в стране при этом развивается слабо, поскольку при высоком курсе национальной валюты гораздо дешевле летать на заграничные курорты.

Я думаю, вы заметили, что все перечисленные мною отрасли невозможно экспортировать и они не требуют высококлассного образования, научных исследований и патентов для своей работы. Фактически, вся экономика РФ – это некая надстройка над нефтяной трубой, которая оказывает услуги тем, кто к этой трубе присосался.

Чтобы оказывать эти услуги, нет необходимости развивать образование, проводить научные исследования и самое главное – не нужно конкурировать со всем миром. Получается такое вот уютное болотце, где можно без образования начать вполне неплохо зарабатывать и при этом не сталкиваться с ожесточенной конкуренцией.

Сразу вспоминаются истории про одноклассников, которые плохо учились в школе, но открыли успешный бизнес в сфере услуг. Если они занимались минимальной клиентоориентированностью и рекламой, то легко могли преуспеть из-за быстрого роста доходов населения и низкой конкуренции. Речь про период 2000-2014 годов.

Но как деньги от трубы попадают в сферу услуг?
Все очень просто: через бюджетников. Элиты, которые сидят на трубе, преднамеренно увеличивают госсектор с помощью госкомпаний и роста чиновников, чтобы было чем занять население, находящееся за бортом нефтяной ренты. Кроме того, с помощью зарплат бюджетников легко можно вбрасывать или забирать деньги из экономики страны. А сами бюджетники теряют политическую волю, поскольку находятся на коротком поводке у того, кто платит им зарплату.
Собственно, все те учителя, которые вбрасывают бюллетени на голосованиях, берутся именно оттуда. Страна с огромным госсектором становится легко контролируемой, и каким-то политическим альтернативам просто неоткуда взяться, поскольку они не найдут финансирования.

Следствия ресурсного проклятия:
— страна перестает что-либо экспортировать кроме нефти, газа и алмазов;
— большая часть населения занята в сфере услуг и торговли. Уровень образования и науки падает ниже плинтуса, на образование просто нет спроса в экономике;
— растет госсектор и количество бюджетников;
— в следствие предыдущих двух пунктов население разучивается конкурировать на мировой арене. А те, кто хочет и может, покидают страну. Со временем это дает еще и генетическое вырождение проактивного населения;
— политические институты разрушаются. Власть монополизируется и устанавливается автократия или тоталитаризм.

@infation_shock

Методолог Петр Щедровицкий, март 1992 года, «С чем войдём в XXI век»:

«Будущее национального государства ставится под сомнение: для многих групп населения оно становится ложным видом единства, неспособным действовать в условиях экологической ситуации, асимметрично распределённого взрывоопасного роста народонаселения, биотехнологического и компьютерного и, наконец, формирования глобальных финансовых рынков. Часть своих функций национальное государство делегирует на локальный, а часть - на транснациональный и региональный уровни. Образно говоря, для многих проблем оно оказывается слишком велико, чтобы действовать эффективно, а для других - слишком мало.

И государство, и общество, и капитал скорее всего представляют собой уходящие персонажи исторического процесса: все эти образования возникли как особые единицы в период, предшествующий Французской буржуазной революции 1789 года, и оказались неспособными ассимилировать опыт мировых войн и социальных революций ХХ века. Привлекая метафору Гегеля, сегодня ни государство, ни общество не являются больше формами существования (манифестации) разума в истории, а капитал уступил функцию универсального ресурса знаниям и мышлению. На арену мировой истории вышли новые персонажи: регионы, интеллектуальные программы и локальные антроподромы (образовательные анклавы, анклавы личностного роста)».