Category: дети

О словесности и наружности

В СССР с детского сада и школы учили, что обращать внимание на наружность человека, его манеры и словесность невежливо и некультурно. Учившие, разумеется, сами имели предосудительную наружность, манеры и словесность самой весомой и зримой степени. Вся советская культура являлась надстройкой над биологической сутью ее носителей. Наружность, язык, семантическое поле, культура производны от биологии и генеалогии. И было бы странно, если бы было наоборот. А там, где они примеривали на себя господские добродетели, они лицемерили, и дела их соответствовали их происхождению из года в год.

Новости нашего детсадика

Лиза пришла в слезах, ее не выбрали Девой Марией и предложили лишь роль пастушка. Остальным достались роли Иосифа, Вифлеемской Звездочки, Ослика, Волхвов. Детский Сад наш превратился на предстоящий месяц в Ораториум, вплоть до 6 января. Но сразу после Рождества и крестных ходов мы, даже и не отговаривайте, в детские крестовые походы пойдем)

О нашем маленьком и уютном человечестве будущего

Вчера вечером в нашем детском саду на берегу океана показывали на большом экране "Титаник". Детишкам понравилось, хотя со страшного финала родители их увели. А я сидел и думал о своем, ведь я всегда только и думаю о своем, а не о чужом) Я писал уже вам, дорогие, что нынешнее человечество не нравится мне не только качеством своим, но и количеством. Семь с половиной миллиардов это совсем не полтора времен "Титаника" и belle époque, закончившейся чуть более столетия назад.

Сменилась эпоха - сменилась эстетика. Art Nouveau заменило собой Art Deco, а потом и вовсе полезло что-то нечеловечески-гнусное. Под индустриальную эпоху мы застроились брутальными бетонными джунглями и отродили все эти бессмысленные миллиарды с пустыми глазами, прислугу машин.

Слава Богу, эпоха эта ныне заканчивается. В нашем маленьком уютном человечестве будущего такие ужасы не повторятся вновь, ведь нет более нужды в обслуге машин. К концу нашего века мы вернемся к разумным количествам. Подрастет и качество, ведь качество и количество связаны. Чем ниже количество тем выше качество. Царство Количества уже архаика, оно мертво и слава Богу за все.

"Мизантроп ты, Антоний, мизантропище... Фашист хуже Бенкендорфа, Бирона и Гитлера. Хочешь лишить надежды на продолжение рода шесть миллиардов человек" - дует мне в уши подсматривающий за моими буковками куратор-мужик. И лампой зеленой светит в мое мальчишеское почему-то лицо. Стеснительно я вожу пальцем по стеклу, краснею, улыбаюсь, бледнею. Зажигаются мои сердце и глаза и я ему говорю прямо, искренне, как на духу: "А я ведь всегда честно говорил, что я гораздо хуже Гитлера. Да, хочу, очень хочу" )

Об искусстве словосложения

Живые слова приманивают и кого надо, и кого не надо. Поэтому писать нужно так, чтобы тебя кто не надо вообще не понимал. Идеальным письмом я считаю такое его искусство, когда кому не надо все слова по отдельности понятны, а в целом вообще нет.

За живыми словами стоит человек, он и есть свое слово. Человек должен себя и свои смысловые продукты оберегать, поскольку все живое очень в нашем мире ценится и чаще всего используется во зло. "Нам не дано предугадать как наше слово отзовется"? Гадать не нужно, нужно знать наперед.

Мы живем в мире, в котором предстоятели церквей - мясники с руками по локоть в христианской крови, властители дум и журналисты - дети пробивных провинциальных лицедеев и других гороховых шутов, президенты и лидеры наций - бывшие уголовники или дворовые хулиганы, главным словом которых является "мочить", самоуверенные ректоры университетов - дети колхозников, заселившихся в квартиры наших расстрелянных дедов и отцов. Они все - мертвые души изначально, по своей генеалогии. Стервятники, в общем. Ни одного собственного живого слова от них не исходит, все усвоенное и ворованное. Но запас ворованных смыслов и слов у них подходит к концу. И они отчаянно рыщут, копаются, надеясь найти в куче древнего, ветхого и мертвого еще живое и использовать это живое во зло. Так вот, писать нужно так, чтобы они не понимали о чем мы вообще говорим.

Людей от нелюдей отличает то, что люди за свои слова готовы в любой час идти на смерть, а нелюди используют их лицемерно, для торжества своей власти и личного обогащения, их слова для них ничего не значат и они в любой момент отказываются от них, "меняют точку зрения", "каются", ahaha. Я часто раздумываю о русской словесности будущего. Она будет непохожей на прежнюю, каковой она была в безопасные для людей времена. За каждое свое слово нужно платить свою цену, только тогда им будут верить, только тогда эти слова будут человеческими, да.

Новости нашего детсадика

На Архистратига Михаила победили Красного Дракона. Как известно, чтобы победить дракона нужно им немножечко стать.









Тут у нас первый, наверное, со времен Харбина антинародный детский сад.

На ослике в детский сад



Педагоги там прекрасные, методика почтенная, довоенная европейская, занятия человеческие, ушки заячьи надевать и русские хороводы водить никто не заставляет. Мне бы такой садик в детстве, может быть вырос бы я не таким ригористическим русофобом, Бог весть)