Category: литература

О великой русской литературе

Великая русская литература это, по-преимуществу, просто частные письма на английском, французском, немецком и русском языках, никогда не издававшиеся и переходившие от русских отцов русским детям. А вот книжечки, которые у вас на полочках стоят, это (опять же, по-преимуществу) не великая русская литература, а так, литературные поделия, которыми делились с миром. То, что не страшно было от семьи оторвать.

Вот, скажем, сказки Пушкина, которые с конца XIX века повсеместно в сельских избах-читальнях читали. Для кого они, для его друзей и близких? Ahaha.

Читальня! Вы только распробуйте на вкус это русское слово и попробуйте представить себе душевный мир русского человека, который его, да и саму "читальню" как физический объект, создал. Да и просто слова "читатель", "читатели", "читающая публика", публика, мамадорогая. Публика, да(

К своей высокой словесности русские люди относились серьезно, как к интимной близости или молитве. И публичной она, разумеется, не была. А была глубоко частной и неотчуждаемой она. "Читальня" же это бордель мужицкий, словесный, намеренно созвучный другому, матерному слову (и тем и отличающийся от библиотеки), а "читающая публика" это сброд и зеваки по углам.

Чем мы отличаемся от русских?

Русские были по национальности своей грекоримлянами, знавшими, кроме латыни и греческого, еще три-четыре варварских языка - английский, французский, немецкий и русский. А мы - советороссияне, не знающие толком даже господского русского. Русские реконструировали эллинистическую античность и патрицианский Рим. В одном их походя написанном четверостишии могло содержаться пять-шесть отсылок к классической грекоримской литературе, причем имплицитных, понятных только тем, кто ее хорошо знал. А у нас в головах темно и мы всю жизнь дышим культурными миазмами и отходами мыследеятельности его величества эмансипированного славянского мужика. И скоро мы прекратим и вовсе понимать русскую словесность, а не то что по-русски писать.

Почему Солженицын славянин, а не русский?

Потому что активно выступал за употребление буквы Ё, а уже одно это само по себе, безотносительно правильных (ворованных) или неправильных (собственных) идей, безотносительно излияний тонн словесного поноса - безошибочный маркер тутошнего. Ё это филологический разрыв с русским церковно-господским культурным классом такой степени напряжения и эмоциональной силы, что употребляющие эту букву, а тем более настаивающие на ее употреблении другими, сами навсегда вычеркивают себя из русских.
2019 год, 50 лет

Русские пословицы и поговорки...

...подаются детям русской народной школы нашего века на излете общества хама как "народные", хотя не слишком затейливая истина Полишинеля состоит в том, что практически поговорки эти часто являются афоризмами высокультурной русской церковной и светской аристократии, чаще всего не славянского, а варяжского и греческого, и немецкого, да просто европейского происхождения вообще. Вот, например, возьмем известное - «Куда ты со свиным рылом, да в Калашный Ряд?». Кто это на Руси первым произнести-то мог? Явно тот, кто свиномордия славянских мужиков от природы был лишен. Калашный Ряд в Москве был отстроен в каменном варианте по приказу Феодора Иоанновича Блаженного и являлся местом, куда за покупками ходили остатки родовитых служивых людей конца XVI века, недорезанных его не святым отцом, а вот мужик туда зайти не мог. "Русские народные поговорки"! Они в это верят, Боже мой. Верят, что "их предки...". А державшие круговую оборону от этого самого "народа" авторы "народных" афоризмов улыбаются с небес.
2019 год, 50 лет

Грехи представителей русских культурных сословий...

...многообразны и описаны великой русской литературой. Слаб русский человек, любит по вечерам бокал шампанского выпить, может в карты проиграться, по соседскому полю гончих псов своих прогнать и даже слова чести не сдержать. К фортепиано, бывает, неделями не подходит. Церковные службы иногда пропускает. На латыни и греческом изъясняется, краснея за свое невежество, с известным трудом, других европейских языков больше трех самых распространенных нередко и вовсе не знает. На службу государеву правящей Гольштейн-Готторпской династии вечно опаздывает. Душеполезному чтению в свободное от службы время часто предпочитает художественные выставки, литературные салоны, оперу, необременительное общество дам и породистых лошадей. Его стихи, написанные по-французски, или философско-литературные эссе по-немецки, нельзя порой читать без смеха или слез.

Однако все это мелочи и придирки в духе известного "русофоба" Николая I Павловича, который остзейцев в своем окружении русским дворянам предпочитал. Есть у русских два действительно смертных греха, которые тяжелее всех остальных. Любит русский человек жуткие песни цыган и балалаечное скоморошество своих мужиков, а недочеловеколюбие есть велий, разумеется, и самый погибельный для русского культурного сословия грех. И в этом русский господский слой уступал всему прочему европейскому человечеству - и немецким кавальерам, и французским джентльхоммам, и английским джентльменам, более лицемерным, более ограниченным, более надменным, но не страдающим недочеловеколюбием совершенно и совсем. Ну в самом деле, рядом с природным англичанином, прямо у него в доме, какой может быть мужик, цыган или медведь? Может ли английский джентльмен в кабаке с мужиком английским же напиться или, паче чаяния, привести настоящего лондонского кокни в дом? Может пригласить табор цыган в имение и пустить цыганку плясать на стол?

Слаб русский человек. Нарушение видовой субординации допускает, понятия о социально-антропологической гигиене и сегрегации не имеет совсем. Развел вокруг себя зверинец. Начал из ложного сострадания-недочеловеколюбия зверей учить по-человечески жить, они и сожрали благодетеля своего. Многие в этом месте задумаются, а как же высокая культура американского юга? Да никак, ибо высокой она была лишь по отношению к нищете и мерзости севера, а не к отвергнутой британской метрополии, благослови южан, конечно, Бог.

О женской красоте

Одинокие застенчивые юноши часто задаются вопросом о том, почему вокруг не слишком много красивых девушек? Ответ, меж тем, очевиден. Потому что красивые девушки редко посещают какие-то общественные места кроме камерных филармоний, музеев и библиотек. Красивые девушки - домашние девушки, у которых и прабабушки были красивыми и говорили на четырех-пяти языках. Если прабабушка не писала по-французски стихи и не рисовала сельские пейзажи то о какой красоте правнучки может идти речь?

Красота наследуется и шлифуется столетиями. Как и все остальные дары, включая нравственные добродетели. А у народа нашего в целом, несмотря на наличие некоторого количества счастливых исключений, о каждом из которых трубят на весь мир, никаких особых даров нет. Самое таинственное, волнующее, ценное и привлекательное в девушке - ее красивые и культурные прабабушки, черты которых проступают сквозь шепот эпох и играют на лицах потомства яркими гранями, прославляя Создателя и благой, блюдущий себя веками от смешения с уродством человеческий род.

Литературный памятник нижегородскому мещанину



Наиболее эмоционально насыщенное и душещипательное повествование, которое я читал за всю свою жизнь о русском мужике обыкновенном. Увезли за три моря, клеймили Северной звездой и Девой Марией, затем выменяли на двух арапов и обратили в янычары и ислам, и обманом женили на свирепой девице Айшедуде! Здесь полностью, а здесь краткий пересказ. Странно, что не обратили еще и в буддизм. Воистину, в жестоком и полном опасностей для простого русского мещанина мире мы живем.

Врагу не сдается наш гордый Der Warjag

Из 18-ти офицеров крейсера "Варягъ" варягами была только треть, однако же увековечил его в памяти тоже варяг, германист, писатель и классический филолог Рудольф Грейнц, не разумевший ни одного славянского слова.



Перевод немецкого стихотворения, посвященного знаменитому русскому крейсеру, на отечественный, который, в свою очередь, стал текстом известной патриотической песни, выполнен дочерью действительного статского советника Михаила Марковича Шершевского филологом Евгенией Михайловной Студенской. До революции и патриотизм наш был немецкого качества в буквальном, генеалогическом смысле этих слов. Качество неотделимо от сущности. Немецкое качество это одно, а местное совершенно другое.

Филологически-биологическое, воспоминание детства

В детстве мне читали и славянские сказки тоже, а так же они лились рекой из не отключавшихся никогда радио-трехпрограммников на кухнях, из телевизора и просто ото всюду - в СССР все народное любили. И славянские сказки-сказоньки, даже в высоких пушкинских редакциях, хотя таковых было меньше, чем folk-простонародных, я уже в пять лет не выносил. Там были "буйные удальцы" и "удалые добры молодцы". И на пожелания удачи болезненно реагировал. И, конечно, "ни пуха" этого тутошнего "ни пера" не выносил, ибо полагалось на него отвечать "к черту". Разумеется, я не знал тогда, что означают все эти слова на самом деле, а вот, кожей чувствовал! Как же такое, спросите вы, возможно? Увы, ответ мне неизвестен самому пока, но означать это может лишь влияние на восприятие филологии биологической генеалогии. Явно эти слова не нравились и моим предкам. Каков же механизм трансфера одного в другое мне пока неизвестно. В удалых добрых молодцах я видел врагов всего по-настоящему возвышенного, доброго и благого, а значит и своих биологических врагов тоже. Ибо в сказках "удалыми" были не только "добры молодцы", но и "удалые разбойники"! А раз удалые и те, и другие, то значит это спор тутошних удалых промеж собою и между ними много общего.

И kazakов ваших я тоже не любил, ибо кто такие казаки в сказках? Разбойники! Только повзрослев я узнал кто же они на самом деле по генеалогии. Русские янычары, православная монгольская конница! Повзрослев, стал отличать благородных казаков-дворян от безродной казачьей подлой массы, но на это понадобились годы.